Великие Драконы, Александр Немялковский, читать или скачать бесплатно эту книгу.

Онлайн библиотека - большой выбор различных книг, разных жанров и направлений

Читать Александр Немялковский Великие Драконы


скачать Александр Немялковский Великие Драконы можно отсюда

ты, творец Жизни! – воскликнул эльф. – Нет. Жизнь удерживается только душой, а эти создания бездушны, и направляются вперед лишь моей волей. Как только иссякнет сила, вложенная в них и заставляющая биться сердца, они исчезнут... И наверно, это произойдет уже скоро. Действительно первый дракон дернулся, скованный судорогой и начал падать, рассыпаясь в воздухе облаком золотых искр. Еще через секунду в небытие отправился и второй дубль. – Ты так быстро постигла такое могущество! – Ерртор не верил своим глазам. – Это заслуга Ануфа, но в большей степени моего малыша. Странным образом он изменяет мои возможности. Незримо, беззвучно, без единой мысли и знака, даря все новые и новые знания сути вещей и мира. – И как долго твои копии могут жить? – Пока пару минут, но Ануф сказал, что тренировки позволят вдыхать в них жизнь на несколько часов. Правда, управлять собою в трех экземплярах совсем не просто, поверь. – А еще что-нибудь новенькое в твоем арсенале появилось? – всадник настолько заинтриговался новыми возможностями подруги, что вопрос вырвался сам собою. – Появилось–то много, но вот на все сил не хватит. У Великих проблемы с Фару не было, они черпали ее сколько душе угодно из мира огня, а нам туда дорога закрыта. Вот и приходится накопленную Фару использовать, а потом в себя приходить. Правда, из-за этого наши расы намного бережливей Великих. – Это я тоже усвоил. Дрел в надежде, что моя плоть изменилась, показал дверь в мир огня... Но удержать ее я не смог. Пламя Фару рвалось наружу, а контролировать его безмерное могущество не было сил. Дрел сам закрыл врата, сказав, что отворить мне их стоит лишь единожды в последний миг моей жизни, плоть этого огня не перенесет... – Ладно, еще один славный фокус покажу. «Пятнашки». Он мне очень понравился. Помнишь, нас ударило взрывом возле башни? Воздух стал плотным как скала. Амдебаф придумал создавать в воздухе уплотнения, чтобы резко менять траекторию и уходить от врага. Держись покрепче!... Иррада вновь набирала скорость. Дракониха вытянула вперед передние лапы и выставила указательные пальцы, свернув ладонь в кулак. Всадник мельком уловил движение магической мысли Легкокрылой. С когтя ее указательного пальца метнулась подобно голубой стреле сияющая руна Великих. Пронзив пространство, она вспыхнула ярким диском с дракониху размером, на расстоянии метров семидесяти прямо по полету. Мышцы Иррады окаменели от напряжения. Сложив перед диском крылья и развернувшись в полете подобно акробату, она мощно оттолкнулась всеми четырьмя лапами от практически твердого воздуха, резко меняя угол траектории. От этого «воздушного прыжка» всадника ударом вдавило в седло, кинув вертикальное туловище на шею дракона. Как только Златоглавая оттолкнулась, «воздушный камень» растворился в небе. Хлопок раскрытых крыльев и Иррада вновь мерно покачивалась на струях турбулентностей, щедро омываемая восхищенным ливнем. – Если бы за нами гнались, они бы пронеслись просто мимо, не успев развернуться. Эти диски можно развешивать в воздухе под разными углами и настолько быть непредсказуемой, что жуть! – Ты умница, малышка! Я тобой горжусь! – всадник ласково погладил Ирраду по мокрой чешуе. Прежде небесные странники хотели лететь и днем и ночью, дабы сообщить Магистрату тревожную весть, но после магической тренировки в воздухе Фару Иррады заметно оскудела. Ерртор это хорошо чувствовал. За целый день она ни разу не сделала остановки, и друзья решились на ночлег. Искать пещеру, тратя на это время, не хотелось. Найдя крохотный зеленый лоскуток в царстве скал, и сделав над ним круг, Иррада мягко коснулась промокшей земли. Лапы увязли в грунте, продавливая редкую траву. – Лучше уж калачиком, где-нибудь на камушке, чем в этом болоте! – уставшая Иррада недовольно подняла лапу с прилипшими комьями грязи. – Иди сюда, здесь сухо, – Ерртор нашел довольно ровный каменный пятачок, окруженный низкорослыми корявыми деревцами, в формировании крон которых явно участвовал бродяга ветер. С приземлением свистяще-шипящая песня ветра смолкла, а ей на смену слух наполнился бурным журчанием полноводной реки, текущей меж соседних скал, бывшей еще вчера лишь слабеньким родничком. Вода струилась отовсюду, по всем складкам и морщинкам стен ущелья, скапливаясь в булькающие под градом капель лужи и дальше устремляясь в змеистое тело ручьев. Ерртор долго не раздумывал. Четыре булыжника совершив магический полет, упали по краям площадки. Всадник вдохнул в них магию, и перехватив уже отработанными жестами ударившие вверх лучи света, скрестил их меж собой в каркас. Силовой барьер бесшумно скользнул по дугам вниз, тут же став видимым под струями ливня. Одну стену всадник не закрыл, оставив просторный вход для подруги. – Шатер готов, моя королева! – руки всадника совершили приглашающий жест. – Благодарю великодушно за вашу любезность. Вы позволите, я чуть подогрею пол? – ответив с такой же придворной вежливостью, Златоглавая окатила каменный пол огненным факелом, высушивая надоевшую влагу. Пламя заклубилось отраженное магическими стенами и с облаком пара растаяло в воздухе. Дракониха тутже забралась внутрь и растянулась, расслабляя натруженные мышцы. Ерртор натаскал сухостоя, который сейчас был скорее «мокростоем» и пара огненных шаров, сорвавшихся с его рук, развели костер. Его мирное потрескивание мгновенно убаюкало Ирраду, и та славно засопела... Безумство клятвы лорда Шашира... Предгорья Тироля. Эндора. Всадник сидел и смотрел на пламя, пытаясь раздвинуть запретные шторы времени и заглянуть в будущее Эндоры, но мысли скользили по занавесу, тщетно пытаясь найти прореху. Эльф достал кинжал «черного месяца» и стал разглядывать его, вертя в руках. – ...«Ты поднял «Ишь»! «Ишь» не может быть передан, он лишь поднимается с земли после победы над прежним хозяином. Значит теперь ты властитель Шарин-Зарз!...» Ерртор моментально вскочил и оглянулся по сторонам. Никого... А шаркающий шипящий голос все продолжал повелительно говорить у него в голове... – «...Я лорд Шарин, высший Жнец живой плоти и душ! Это мое последнее ночное слово!...» Всадник, наконец, понял – кинжал! В магический клинок было вложено послание прежнего хозяина, и Ерртор с любопытством стал его слушать, точно запоминая каждое слово. – «...Кто бы ты ни был, отныне «Ты!» правишь током крови во владениях Зарз! Внимай моему тронному гласу и помни в твоем покосе страсти теперь новая поступь! Великая!... Ужасающая!... Пронзающая клубки черни!... Гнущая чужие воли в свою стезю победы!... По праву поверженного я нарекаю тебя Шашир!... Так выслушай же, яростный Шашир, мое последнее слово кровеславного Властителя Зарз о походе в Эндору... По велению Черного Свода и с восходом красного Арла в просветах небес Зираиды мы отправились в славную жатву на поле Эндоры. Я взял всего «Себя». Трепещущие стриллы, ядовитые Ияри, сладкожальные Нируны и, конечно же, любимые косматые Звуриаллы, серые хлопатели туч – в походе был весь «Я». Честью и соком крови стад «шуни» мы отметили начало наших неудержимых шагов. Врата Эндоры открыл могучим хватом живое исчадье Великих – Иунер...» ...Ерртор сначала ничего не понимал, но с каждым словом до него все больше доходило – это письмо последний отчет о походе во времена Безысходности и Гибели одного из лордов «Жнецов». Он слушал, затаив дыханье. – «...Во славу Зираиды и власти над пульсом живых мы воздвигли корону Тьмы – град Жгаг-Гер. По велению Великого Иунера, во имя тысячерукого красногривого Арла, наши войска ринулись в «покос». Крови душ мягких эндорцев текли рекой в наши «уаллы». Чешуйчатые драконы, повелители ярких небес, оказались опасны и умелы. Их бой пел достойную песню, а рев заставлял трепетать даже наши, презревшие ужас, сердца. Искусство крушить потоком «Ануши» являли лучшим остроухие, бледнокожие эльфы. В схватке они свирепы и проворны. Как воин и лорд ночи я любовался ими в последней их песне. Мы твердо несли победу на крыльях Звуриаллов! Как вдруг появились «Сияющие»! Их было двое. Всегда двое – адский ветер и стон земли! Они стали пламенем небес и льдом, пронзающим наши искрящиеся черным потоком тела! Это были Боги! Путь Зираиды, начертанный Темным Сводом Великих лежал лишь в кровавом покосе, но почему вдруг Боги изменили свое алое веление и стали уничтожать нас?! Эту суровую тайну мы не постигли... «Я» погибали один за другим. Пало «Я» Жушра, пало «Я» Чишира, вскоре пало и мое «Я». Чешуйчатые драконы Эндоры сотрясли твердь и ценой своей крови расплавили нашу славу Жгаг-Гер, отрезав нам путь домой. Как и подобает поступи «Жнецов» мы ушли во тьму с честью, покончив с собой во имя Арла»... Голос стих, и всадник сначала подумал, что рассказ окончен, как вдруг клинок продолжил. – «...Мое «Я» пало... но я остался... В своей уверенной жизни, я конечно был дерзок и капканы судьбы привык разрубать мощью воли... Наш поход попал именно в такой капкан Эндоры. Я остался немой ночной тенью искать ответ на вопрос: «Почему боги изменили наше предназначение, скосив «Жнецов»? Могучий лорд прятался как мерзкий «чин» по норам и слушал, слушал жизнь Эндоры. Первые годы я ненавидел всю эту зелень лесов, слепящую голубизну небес и яркость красок. «Как можно жить среди этого?» – спрашивал я себя.– «Где напряжение, где битва, где сила?» – но годы наполнили меня цветом, а ветры мыслей мудростью этой страны. Жизнь Зираиды вспоминалась как брошенная в серую муть болота ненужная игрушка и лишь Эндора казалась настоящей... Своей тайной жизнью невидимого миру скитальца я познал эту страну и понял, чего лишена Зираида волей Богов. Наша родина лишена «Любви»! Лорд тьмы Шарин плакал над немой гладью озер, осознав несправедливость холодных ночных Богов, породивших жизнь в Зираиде. Я грезил, что когда-то Боги придут в наш сумрачный мир и окажут нам несравненную честь, наполнив нашу решимость «Любовью». С этой мечтой лорд Шарин стоит перед непреступными вратами Богов, моля принять и выслушать смиренного воина...»... ...Рассказ смолк, а в душе Ерртора продолжала бушевать буря. С одной стороны, это оружие принадлежало врагу, уничтожившему в прошлом миллионы жителей Эндоры, но с другой стороны в последние минуты жизни его сжимал нищий странник, познавший смысл бытия, и пришедший к богам просить «Любви» для своего народа. Всадник повиновался, какому-то немыслимому инстинкту, будто кровь в венах сама вспомнила что-то давно позабытое, позабытое еще давними предками. Он не понимал что делает, но твердо знал – этого желала Судьба. Эльф поднялся и вышел из шатра. Кольчуга была свернута. По решительному лицу нещадно хлестал ливень. Зажатый в левой руке Ишь взметнулся к плачущим небесам и звонкий эльфийский голос Ерртора наполнил пространство: – Я поднявший Ишь, нареченный Шарином именем Шашир, принимаю власть над Зарз в землях Зираиды и клянусь звездной Тьмою, что принесу в души Жнецов любовь!... Внезапно с черного кинжала сорвалась тень и пульсирующим глянцевым покрывалом затрепетала напротив всадника. Эльф не успел ничего осознать и предпринять, как со спокойных льющих монотонный дождь небес в него ударили одновременно сотни неестественно тонких молний... ...От внезапного раската грома Иррада проснулась и замерла, не понимая, она грезит наяву или это ей сниться. Всадник стоял к ней боком, в клубке яростных голубых разрядов. С небес в эльфа без остановки били сотни нитевидных молний... Но даже в этом сиянии острый взор дракона разглядел черное покрывало призрака висящего перед ним. Сердце ее сжалось от роковой мысли: «Не успела!»... и черный призрак бросился на любимого всадника. Ерртор видел призрачное черное нечто, висящее перед ним. Пляшущие молнии наполняли и без того изменившееся тело чем-то совершенно незнаемым. Время остановилось, и он услышал лишь фразу за мгновенье до броска призрака, пришедшую в душу: – «Долг Клятвы должен быть связан долгом Крови!» Черная материя вонзилась в его тело, проникнув во все уголки, и тут же отскочила назад. – «Долг крови в тебе от рождения, он передан предком, выполни начертание!»... Призрак растаял, бесследно исчезнув вместе с неистовством молний. Дождь внезапно прекратился. Тучи разошлись кольцом в стороны, обнажая сияющие бриллианты звезд в неестественно круглом небесном отверстии. Они сияли так ярко! Клятва была принята... Иррада стояла на напряженных чуть согнутых ногах, опустив к земле нос и обнажив клыки. Поднятые вверх рога говорили, что она готова к бою. Дракониха не знала, что произошло с всадником из-за этого проклятого кинжала, и готова была дать бой даже Ерртору если опасность станет угрожать ее не рожденному сыну. Эльф повернулся, и пламя костра выхватило черную татуировку на его правой щеке, в виде незнаемой спиральной руны. Ее Златоглавая видела на рукояти черного кинжала. Всадник сделал шаг навстречу, но Иррада рявкнула на него во все горло, раскрыв пасть и готовясь выдохнуть пламя. Острые клыки злобно сверкали. – Ты чего? – уставился непонимающим взглядом меченый эльф. – Назови свое имя, стоящий предо мной! – глаза Златокрылой повелительно сверкнули. Всадник понял, в чем дело: – Мое имя Ерртор, потомок рода Сетимиэля, удостоенный честью золотой Иррады всадник дракона! – Назови сокрытое имя брата и его род! – Иррада знала, что прежде чем покинуть Тироль Дрел научил и помог наложить заклятье на их с Ерртором память о пребывании у Великих. Кто бы ни пытался залезть в нее, магия Богов надежно хранила секрет. – Я брат Великого Дрела и наследник Инера. Прими меня Златоглавая, – эльф преклонил колено. Иррада выдохнула и опустилась на землю: – Ну и напугал ты меня, братишка, своими фокусами! Что с тобой приключилось на этот раз, да еще прямо у меня под боком?! Я проснулась от грома и видела, как на тебя набросилась эта черная тень... – Я не назвал тебе, сестра, свое третье имя, полученное сегодня ночью, – Ерртор сел на расстеленное мягкое одеяло Дрела. – Так значит, все-таки, мы вляпались, из-за этой черной находки. Ненароком поднятая из грязи безделушка вновь изменила нашу Судьбу, а тебе дала новое имя и несмываемую метку на правой щеке! – Метку?! – всадник инстинктивно провел ладонью по лицу. Ничего не почувствовав, он вынул Шерк из ножен и увидел в подсвеченном костром клинке отраженную черную руну. – Надеюсь, что это знак избранного... а не... обреченного. – Посмотри на небо, что видишь? – спокойно спросила Иррада. – Вижу глаз, сквозь который на нас смотрят звезды, – тихо ответил всадник. – Звезды не смотрят на обреченных, звезды любуются избранными! – она была права. Ерртор задумчиво молчал, любуясь звездной бездной... – С сегодняшней ночи я ношу и имя властитель Шашир, повелитель тока крови владений Зарз на просторах Зираиды, – какая-то внутренняя гордость, свойственная только монархам заставила его прочеканить каждое слово и руна на его щеке вспыхнула изумрудным светом, подтверждая его высокое звание. Глаза Иррады округлились и стали как два больших блюда, а щелеобразные зрачки сильно расширились: – Лорд Тьмы, если не ошибаюсь и Жнец! – гневно зарычала она. – Меньше чем за две недели ты успел породниться с Богами и обрел титул во владениях Зираиды! С теми Богами, о которых сложены лишь древние легенды, и той абсолютно неизвестной страны, воины которой чуть не стерли с лица земли Эндору, а сейчас собираются заглянуть на огонек. Так кто же ты, всадник?!!! – Я... позволь я расскажу услышанное этой ночью по порядку... – Ерртор подробно, слово в слово, изложил последнюю речь лорда Шарина и свою клятву перед звездами. – ...А та тень сказала «Долг крови в тебе от рождения, он передан предком, выполни начертание!» – Ты обрек нас на битву с целой страной!!!... И не просто битву на поле брани, она нам и так предстоит, а безмерное сражение в душах жителей Зираиды!!! Теперь я понимаю почему Судьба сначала породнила тебя с Богами, одарила высоким титулом, а потом взвалила такую непомерную ношу... Одно могу сказать, не знаю насколько наша с тобой жизнь будет долгой, но в том, что она будет очень интересной не сомневаюсь ни мгновенья! И кстати... «долг крови передан предком»... кто же все-таки твой отец? – Ну, уж не Жнецом это точно, а все что знаю, я тебе уже рассказывал. Да и портрет ты его видела... – лицо эльфа терзали одновременно многие мысли: ...отец ...Зираида ...Дрел ...Иррада. – Малыш, ты устал... Не каждая ночь так многогранна, а понимание все равно приходит после. Ложись, я укрою тебя крылом. Ты сделал свой выбор сегодня, а я свой давно, назвав тебя всадником, и горжусь этим... С ласковыми словами Иррады напряжение спало и Ерртор почувствовал чудовищную усталость, просто валящую с ног. Он затащил ей под теплый живот одеяло, лег, уткнувшись в лапу, и тут же стал проваливаться в глубокий сон. Золотая Иррада мягко накрыла Ерртора крылом и нежно коснулась его головы носом. – Спи... Всадник... спи! В эту ночь эльфу снилась неизвестная и невиданная страна, в ней все было не так... ... и все же что-то было знакомым... Великий народ. Страна Богов. Промозглые иглы бушевавшего ливня пронзали призрака насквозь. Злобные очертания скал, появляющиеся из серой мглы бури в ослепительных вспышках молний, таили в себе неведомую Дрелу тайну гробового молчания Тироля, тайну прошедших семи тысячелетий жизни Великого народа, прожитых сородичами без него. Зеленый призрак отправлялся на поиски памяти, друзей и единственного, еще горящего в призрачном сердце смысла бытия. Именно он заставлял двигаться вперед, мечтать о будущем, несмотря на безвозвратные катастрофические потери прошлого. Этим последним смыслом для Дрела стала Чари – его беззаветная любовь, его крылатое счастье. Если бы Великий только знал, каким Богам можно молиться за возлюбленную, то надежда его души стала бы непрестанным потоком света к этим Владыкам, несущим просьбу о безопасной, безмятежной жизни избранницы... ...Идол же, которому молились мерзкие тираны, «святые» патриархи – Хранители, упивающиеся морями крови невинных жизней, виделся ныне призраку чистым исчадьем скверны, недостойным его сокровенных мыслей. Одинокому духу остались лишь звезды, и те сегодня похитил бушующий шторм небес... Свой путь Дрел начертал по памяти от былого величия дворца Гуниана и Зурбаклина, к водным каскадам Укишеры, мимо своей башни, которую сотворяя окрестил Нурд, что на языке Великих означало «острие знания», к впаянным в скалу дискам Владычицы гармоний и песен, к возлюбленной Чари. Странствие предстояло, прямо скажем, не близкое, и пролегало по западным границам Света Сата. Возвращения узника ждали родные и любимые места. Ноги Дрела терпеливо мерили призрачными шагами мокрые скалы ущелий уже третьи сутки кряду. Путник не останавливался ни днем, ни ночью, презирая негодование бушующих ливней и сквернословье воющих ветров. Щедрый даритель жизни – солнце все это время не являло свой лик, сокрытый черно-серым саваном клубящихся небес, и силы призрака изрядно истощились. Яркий священный дар дружбы и любви, оставленный в груди могучим Ерртором и Златоглавой Иррадой, медленно плыл над камнями. Прочее же изумрудно-золотое сияние Великого практически растворилось в сером однообразии скальных морщин, едва угадываясь нитевидными контурами. – «Еще день этой треклятой мглы и мне придется остановиться!» Дрел упустил момент, когда сияющих сил Фару еще было достаточно для открытия двери в мир огня и подзарядки. Теперь он даже не мог к ней прикоснуться. Расходовать могучую энергию дракона и брата-эльфа на такие пустяки как ходьба призрак не собирался. – «Только три дня... а ведь предстоит пройти по приграничному Свету Сата почти весь континент с юга на север! Как же я справлюсь, если буря не прекратиться? Хорошо если мне удастся до полного изнеможения добраться до Гуниана и Зурбаклина. Друзья помогут... А если их нет?... И нет остальных?...» Дрел еще раз попытался нащупать впереди мысленный узор двух братьев, к которым направлялся, но мысленный поиск бесследно растаял в зыбкой безмолвности липкого, пустого пространства. – «Что же все-таки здесь произошло?» Призрак выбрал окружной путь, двигаясь вдоль последней скальной гряды, отделяющей Тироль от Эндоры. Этим он старался удержаться подальше от центральной части страны и столицы Сат, очень надеясь избежать встречи с Хранителями Завета и их многоликими слугами. Как раз в этих отдаленных внешних краях обитали творцы их круга, круга девяти богов Эндоры... ...Вся горная страна Тироля разделялась волей Завета на две симметричные половины Свет Сата и Ночь Сата. По велению Хранителей, при пробуждении в новом мире Великий народ делился на две половины – ищущих в Свете и ищущих во Тьме. После расселения по самостоятельно выбранным урочищам, представители двух направлений имели право встречаться только в столице Сат, полностью контролируемой Хранителями, где мысли всех лежали пред Жрецами как на блюде. Контакты же внутри групп Света и групп Ночи допускались любые. Поиски в магии и искусствах были безбрежным актом свободы не имеющим никаких ограничений. Кроме того, каждую сторону Хранители наделяли своим заданием на планетарный цикл. Заданием стороны света в этом мире было строительство цивилизации на диких западных пустынных просторах. Представители света выбирали внутри себя круг Богов. Им вменялось в обязанности руководство Творением и проявление среди своих созданий. Одним из таких богов при сотворении Эндоры, так назвала девятка Великих будущую страну любви и добра, Судьба сделала Дрела. Чем занималась сторона ночи, и какая задача стояла перед ними, из светоносцев не знал никто. Отправиться в их земли или заговорить об этом в столице Сат означало подписать самому себе приговор на стирание памяти о планетном пробуждении. Никто из ценителей жизни и магической игры с природой на это не решался, так зорко было пространственное око и искусны оповещающие заклятья Хранителей. Великие довольствовались творчеством. Даже дружба являлась редкостью среди этих фанатичных приверженцев науки. По выполнении планетарного задания, Хранители собирали весь народ Великих и предлагали переселение в новый планетарный мир. Переселение считалось делом абсолютно добровольным и по завету Предтеч выполнялось исключительно Хранителями, да и никто из Великих не мог покинуть планету самостоятельно. Этого не позволяла сделать глубинная формула сути, вплавленная в их дух от момента сотворения, затерянного в бездонных глубинах Вечности. Многие из дерзкого народа бросали вызов этой Звездной несправедливости, пытаясь распутать уродливый узор энергии, жмущих к планете, но все получали за это одну и ту же награду – мучительное разложение сначала души, после духа и полное растворение в струнах мира. В результате в волнах жизни и магии продолжали нежиться только смирившиеся покорные духи, коим и оставался Дрел долгие эпохи многих миров. Те же, кто отказывался от переселения, становились Вечными Богами ограниченной сферы, лишенные красоты многовариантности Вселенной... Жадным Творцам такая перспектива казалась ужаснее смерти, а потому переселялись практически все, во всяком случае, так помнил Дрел и уверяли Хранители. Переселение приурочивалось к приходу Божества Хранителей – красной кометы. Алым, косматым, длиннохвостым следом на небосклоне этого звездного странника и завершался планетарный цикл. Семь тысяч лет назад, когда в россыпях далеких звезд, появилась завершающая цикл, все Великие готовились торжественно покинуть мир. Задание Хранителей жители Света Сата выполнили на славу. Эндора благоденствовала и бурно развивалась. Дрел ярко грезил горячими объятьями нежной Чари в девственных потаенных местах, как внезапно началась «Игра», отобравшая возлюбленную и его тело... ...В потоках воспоминаний путник не заметил наступившей ночи, и силы совсем покинули его призрачное естество. Дрел свернул силовой контур тела на камне вокруг яркой, пульсирующей звездочки сердечного дара Иррады и Ерртора, словно дряхлый пилигрим немощные кости у пламенеющего костра. Разум продолжали буравить стрелы вопросов. – «Если Хранители объявили и выполнили переселение, оставив его здесь, что в принципе объясняет гробовое молчание всей страны, то зачем им понадобилось устраивать такую грандиозную западню на замке Амдебафа?... ...Почему они так боялись бриллиантового повстанца даже после смерти? Он ведь был отброшен за пределы времен, или не совсем так?... ...Но если переселение произошло, Хранители ушли, что делает здесь красная комета, и почему земля снова впала в кошмарный танец тверди именно с ее приходом? ...Возможно Хранители устроили эту «Игру» для красной кометы? Что же это за кровавый бог такой?... Как все запутано!...» ...«Чари, родная, как я скучаю! Ты любила... Я уверен, даже если Великие ушли, ты обязательно осталась и ищешь меня, а значит, жива надежда на встречу!» – эта мысль согревала душу призрака ярче всех солнц Вселенной. Веру в сердце Дрела вселяло и древнее единство круга девяти. Да, они собирались остаться! Вся девятка Богов Эндоры, решила не покидать своих любящих детей, свою ласковую Эндору. Именно для перевоплощения своих душ в тела эндорцев они создали сеть святилищ по всем закоулкам страны. – «Святилища памяти – призванные вернуть нам сокровища знаний после перерождения. У меня должно получиться!» Внезапно, с оглушительным треском, молния вцепилась ослепительными щупальцами в скалу всего в нескольких метрах от Дрела и маг успел впитать почти всю ее силу в свое скудное естество. Случайный дар беснующихся небес, способный отобрать жизнь у живого, напоил досыта плоть призрака, вспыхнувшую ярким сиянием в черной пустоте ливневой ночи. – «Еще один знак Судьбы!» – обрадовался Дрел. – «Спасибо, великодушная!» – благодарность Великого унеслась теплой мыслью в клокочущую темноту. Словно Боги Звезд услышали сердечные слова Дрела и утро нового дня озарилось режущими копьями ярких солнечных лучей, разрубающих щит свинцовых туч. В рваных клочьях голубых просветов сияло желанное солнце. – «Слава тебе, даритель жизни!» – Дрел пульсировал и искрился зелено-золотым сгустком огня. – «Благодаря тебе я ускорю поиски любимой!»... И призрак стремительно поплыл над острыми лезвиями свеже-разорванных глыб, лавируя в знакомых лабиринтах ущелий... Хрустальный звон прощанья. Килин. Эндора. Нариан и Ниида ничем особенным в ведении хозяйства и жизненном укладе не отличались от своего народа. Супруги готовы были собраться за пол дня и, не оглядываясь назад, покинуть нажитое место. Их не связывало родство и узы тесной дружбы ни с кем в селении. Судьба ввергла семью в крутой жизненный поворот, и где-то в глубине души их это радовало. Странникам предстоял долгий путь по каменистым предгорьям и тенистым долинам Тироля, по чащам Великого леса. Время благоприятствовало. Только-только разгоралось ласковое лето. До Фиэнея предстояло пройти две тысячи километров по мало наезженным дорогам, и лишь небольшие деревни давали приют в этом странствии. Крупные эльфийские города располагались на берегах полноводных рек и больших озер Великого леса, находясь в стороне от

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

Автор:Александр Немялковский. Книга :Великие Драконы
скачать эту книгу можно по ссылке

Добавить книгу на сайт
Друзья
Электронная библиотека
Архив книг
Обратная связь
admin[dog]allbooks.in.ua

Интернет реклама
Все материалы предоставлены исключительно для ознакомительных целей и защищены авторским правом