Великие Драконы, Александр Немялковский, читать или скачать бесплатно эту книгу.

Онлайн библиотека - большой выбор различных книг, разных жанров и направлений

Читать Александр Немялковский Великие Драконы


скачать Александр Немялковский Великие Драконы можно отсюда

могучий поток, ее дух плыл куда-то вперед не ведая смысла. Ирраду влекло к какой-то яркой туманности, пульсирующей вдалеке. Дух драконихи безмятежно отдался воле вселенской природы. Туманность все приближалась и приближалась... Вдруг от нее отделились несколько светлых веретенообразных сгустков и приблизились к ней. Точнее к тому месту, где находился ее дух. – Да несут крылья тебя, сестра, сквозь вечность! – услышала она приветствие этих незнакомцев. – Пусть дни ваши будут светлыми, незнакомцы, – вежливо ответила им Иррада. – Ни времени, ни дней для нас не существует... Мы прародители драконьего рода... Что привело тебя сюда., ведь ты еще среди живых?... – Я вовсе не стремилась к вам. Я заснула возле своего всадника и призрака Дрела, в скалах Тироля, а потом просто очутилась... здесь... Где и сама не знаю... Веретенообразные сгустки собрались в один и запульсировали. – Призрака Дрела, ты сказала? – Да, мы его сегодня освободили, из чрева какой-то твари в тоннеле. Ну и драка была!... – И он собирается ... – Он собирается поведать нам какую-то тайну про гибель дракона с приходом рассвета, – продолжила Иррада мысль древних. – Ожидаемое все же сбывается! Он выбрал тебя и прислал к нам на одобрение сестра... – мгновение зависло паузой. – ...Мы даем тебе благословение всего нашего драконьего рода!... Ступай с миром.... Сон затуманился, и Иррада провалилась в сладкие волны покоя... Спала она долго и безмятежно пока.... ...Пока холод Тирольского утра и ласковый свет перевалившего через хребет солнца не заглянули в душу Легкокрылой. Рядом заерзал Ерртор, просыпаясь под теплым одеялом. Глаза они открыли практически одновременно и замерли в немом оцепенении, пораженные невиданной картиной древних скал. Перед их глазами простиралось поле битвы титанов, поле смертельной битвы Великих... Театр жуткой драмы раскрыл свою сцену пред взором друзей. Гости Тироля стояли на плоском плато. За спинами зияло абсолютно круглое отверстие тоннеля. Взор упирался в величественный утес, уходящий своим пиком в далекое голубое небо. Одиноким перстом он грозил острозубым скалам востока, скрывающим сердце страны Великих. Горные громады раскинули свои стены параллельно той, сквозь которую Иррада и Ерртор с боем прошли в прошлые сутки. Величественный... Мрачный... Торжественный утес. Все ближайшие склоны, представшие взору путников, возвышались демонической декорацией оплавленной дикой, чудовищной силой. Скальное ущелье, некогда залитое реками бушевавшей и давно окаменевшей лавы, хранило в своей плоти, разрезанной в тысячах мест, словно мягкое масло, глубокие раны безмерных клинков. Шрамы от этих резаных ударов обрамляли все оплавленные поверхности скал. Складывалось впечатление, что базальт тек и мгновенно застывал под действием неизведанной магии. Поле безмерной битвы несло на себе следы бесчисленных язв тоннелей-пробоин, аналогичных тому, из которого вышли дракон и всадник. ...Ярость до сих пор парила в безмолвии каменных складок плато, но утес... утес звучал нестерпимой нотой предсмертной боли... В его основании друзьям предстала выжженная прямо в базальте титаническая полусфера. На ней Всадник и его дракон увидели вплавленный в скалу силуэт огромного дракона, превосходившего Ирраду размером в два раза. Вставший на задние лапы, расправивший крылья и воздевший голову с венчавшим нос рогом к небесам, его образ застыл на тысячелетия в своем гневе и муках. То там, то здесь во вплавленном силуэте что-то ослепительно блестело и переливалось, отбрасывая веселые разноцветные лучики по этому угрюмому месту забвения. Солнце тихо освещало все уголки древней драмы... Иррада поднялась, осторожно расправила затекшие после долгой ночи крылья, тихонько переминаясь с ноги на ногу. Она боялась потревожить древнюю гнетущую тишину усыпальницы дракона. Ни пения птиц, ни стрекотания насекомых, ни шороха хоть каких то растений – голые серо-черные камни и тишина окружали ее. Ерртор встал рывком, сбросив с себя одеяло, и поначалу не обратил на него никакого внимания, настолько он был поглощен удивительным зрелищем. Размяв затекшие мышцы, он обнаружил мягкую подстилку и толстое одеяло сплетенных из мириадов тончайших алых невесомых нитей. – «Пусть день будет добрым и принесет мир в душу тебе сестра и тебе великий Дрел!» – мысленно поприветствовал он спутников. Чумазое, заспанное и изумленное лицо эльфа, его короткая растрепанная стрижка и лохмотья, торчащие из-под золотых поясов кольчуги делали его похожим на шуточного персонажа эльфийских юмористических баллад. Иррада, вымазанная в саже и пепле, выглядевшая не менее экстравагантно, чем ее всадник, кивнула и прислонила голову к плечу друга, тихонько урча. Дрел остался неподвижен, и казалось, не обратил на приветствие никакого внимания. Великий стоял как памятник к ним спиной, устремленный взором на восток. Его зеленое свечение в дневных лучах становилось все ярче и ярче. Он на глазах наливался светом солнца, и потрескивание разрядов вокруг него усиливалось. Вскоре его свечение стало настолько ярким, что даже глаза Иррады невольно щурились при попытке прямо смотреть на призрака. К общему зеленому свету добавилось радужное сияние ближайшего пространства вокруг него. Оно начало переливаться всеми возможными цветами, наполняя воздух какими-то дивными ароматами. Перед ними стоял один из Богов, древних Богов, участвовавших в творении их цивилизации. Дрел повернулся. – С новым светом вас, с новым дыханьем, – ответил он на приветствие. Ерртор догадался, что это Дрел согрел его этими чудесными покрывалами ночью и не замедлил поблагодарить: – Спасибо за удивительно мягкую и теплую постель, Великий Дрел. Я на славу выспался благодаря тебе. – Не стоит странник, оставь эти вещи себе. Мне они ни к чему, а вам пригодятся в дальних походах. Несмотря на свои размеры, они очень компактно скручиваются и насквозь пропитаны рунами исцеления и восстановления сил. Не успел он договорить, как живот Иррады громко заурчал, его жалобу подхватил желудок Ерртора. – Вам нужно поесть, друзья, – пророкотал Дрел. Он в первый раз назвал своих освободителей друзьями и им это польстило, – но думаю в этой пустынной местности кроме живительного солнечного света и сока земли подзарядки нет, а она вам не доступна. Если позволите, я помогу вам .... – Почтем за честь, – не сговариваясь Иррада мысленно, а Ерртор в слух произнесли голодные друзья. – Ха-ха-ха!...Слаженности мысли и действий вам не занимать, я в этом еще в тоннеле убедился – смеясь, прогремел Дрел. – Ну-ка вспомним былое.... Призрак чуть повернулся в сторону. Воздух задрожал и искривился, образуя веретенообразное окно. В нем на мгновенье мелькнули зелень деревьев, поляна и Великий маг молниеносно метнул туда руку. Та вытянулась, искривилась и еще через долю секунды втащила на площадку перед драконом и всадником еще живую лань. Иррада ловким движением головы поймала в воздухе брошенное ей угощение. Воздушное окно схлопнулось, и Дрел открыл еще одно окно поменьше. Ерртор не успел разглядеть в нем ничего, лишь ветвь дерева с большими резными листами. Дрел нырнул туда обеими руками и извлек большой напоминавший кувшин зеленовато-желтый плод. – Это «куна» – мое любимое прежде лакомство. Дитя оазисов Тироля она не растет в Эндоре. Внутри плода изумительный сок, и мякоть тугая волокнистая, на удивление сытная. Срежь верхушку и выпей содержимое, после чего доберись и до закуски. Когда плод желтоват – то сок как слабое молодое вино, а когда красный оттенок имеет кожура – это вино обладает дивной крепостью. Как жаль, что мне еще не скоро наслаждаться маленькими радостями плоти. Ешьте, друзья ешьте... Дрел отвернулся, и опустил голову. Друзья спиной почувствовали, как он тоскует по миру живых. Ерртор и Иррада с радостью умяли угощенье. Взгляд их заметно повеселел. – Ну вот, вы и готовы выслушать мой рассказ и увидеть его своими глазами, – повернувшись, вновь забасил Дрел. –...Но прежде я возьму с вас клятву, что познанное ныне, останется тайной навеки, укрытое самой могущественной магией до конца дней ваших, и ни мыслью, ни делом вы не раскроете посторонним этих знаний, лишь с разрешения тех, кого они касаются. – Клянусь вечным светом звезд! – торжественно произнес Ерртор, щурясь от яркого свечения Дрела. – Клянусь духами предков! – помня о ночном видении и данном ей благословении, произнесла Иррада. Два ослепительных голубых огня глаз Дрела с любопытством окинули дракониху. – Духами предков... – как эхо повторил призрак. – Непреклонные яростные сердца дерзателей, как я все же рад, что могу вам это рассказать! Тяжесть этих воспоминаний была со мной долгие тысячелетия, и теперь я могу облегчить свою ношу... Идемте к нему... Сияние Дрела плавно полетело над каменной поверхностью к утесу. Ерртор аккуратно свернул подстилку и одеяло. Его изумлению не было предела, когда сверток уместился у него на ладони. Странники неба последовали за Великим. Все это время они шли по путеводной нити струящейся прохладной боли. Ручей сопровождал их от самого озера по тоннелю, вот и сейчас они шли по его кромке прямо к полукуполу, на стене которого был вплавлен силуэт дракона. Источник, пульсируя, струился из трещины в скале, как раз из того самого места, где много веков назад перестало биться сердце Великого. Остановились они прямо возле границы этой усыпальницы. Сияющие вкрапления в базальте оказались вплавленными брильянтами драконьей чешуи. Дрел тяжело преклонил оба колена, и развел руки в стороны, приветствуя каменный силуэт. Ерртор и Иррада отдали почести погибшему согласно обычаев своих народов. Великий призрак медленно поднялся и начал свой обещанный рассказ, громыхая отраженным эхом в полусфере утеса. – На этом месте, семь тысяч лет назад был вырван из плоти и обречен на забвение духа Величайший из Великих... Он носил имя Амдебаф!... Дрел почти выкрикнул это имя, и оно оглушительным эхом понеслось над скалами. Горы по очереди грустно вздыхали этим словом, сбрасывая пыль тысячелетней тишины и беспамятства. – Он любил тело бриллиантового дракона, чья чешуя радовалась каждому лучику солнца... – и Дрел как-то мечтательно взглянул в поднебесье. Яркое солнце парило в бездонных глубинах небесного океана. – Нас было девятеро, стоявших в начале времен и создававших ваши расы по велению Владык. Амдебаф стал верховным творцом Эндоры и нашим Светом. Каждый удар его могучего сердца был направлен за пределы наших скал в вашу страну. Он радовался как дитя всем свершениям на бескрайних и девственных просторах Эндоры, и незримо заботился о вас, как любящий отец... ...Но на небосклоне появилась краснохвостая комета, и пришло время «Игры». «Игры» владык нашего народа – Хранителей. Эта «игра» является древней тайной, доступной лишь правителям нашей расы... ...На землях Эндоры началась война... Война безжалостно пожирала вас – наших любимых детей. Амдебаф страдал больше всех. Он умолял, взывал к милосердию и свету души правителей Великих, но для них ваши народы оказались лишь жалкими фигурками в замысловатом игрище. Амдебаф и еще одна из нашего круга девяти, ее звали Нианна, не выдержали и нарушили ЗАКОН Владык... Они презрели табу неучастия... Как истинные Боги, любящие своих созданий, они вмешались в ход войны, личной силой магии остановив смерть и разрушение Эндоры, когда до ее краха оставались считанные дни. Дракон Амдебаф и творительница Нианна были уважаемы в нашем народе. На их суд в центральном зале Завета собрались почти все, кроме его самого. Нианна пришла по доброй воле. Единственная дочь Зирина, второго владыки Великих, была убеждена, что происхождение защитит ее от кары совета. При входе в зал к ней приставили сразу трех Хранителей. Амдебаф презирал Владык за то, что они сотворили, и оставался в своем дворце неподалеку от этого места, где мы с вами стоим... Дрел указал рукой в направлении севера. Ерртор и Иррада неподвижно ловили каждое его слово. Перед ними раскрывались неведомые для всей Эндоры картины жизни их Богов. ...– Владыки негодовали. То, что они планировали и вынашивали тысячелетиями – сорвалось. Месть сокрыла свет их душ тьмою. Буря энергий сотрясала центральный зал нашего города, но большинство было за сторонниками «игры». Амдебафа осудили к смерти и забвению, а Нианну приговорили к развоплощению, лишению памяти и изгнанию в расы Эндоры. Даже родной отец, отдал свой голос, за это бездушное наказание. Творительница Нианна восприняла этот вердикт с высоко поднятой головой. Я помню лишь ослепительное сияние ее красных глаз и волны длинных черных кудрей, вставших дыбом от магического напряжения. Она была чрезвычайно могуча, подстать самим Владыкам, а в скорости полета с ней не мог сравниться никто из Великих... Но это прекрасное создание приняло уготованную судьбу молча и с достоинством. Гордую, не сломленную Нианну под конвоем личной тайной стражи Хранителей увели из зала. Прямо со своего места, как только прозвучал приговор, я бросил мысль моему другу Амдебафу о решении Владык, за что и был мгновенно схвачен. Сотни их сторонников сдавили магией мою Фару, и я потерял возможность двигаться... лишь мог безмолвно созерцать роковые события... Энергетическое тело Дрела напряглось и засияло с невиданной силой, как будто в этот момент его пытались схватить чьи-то невидимые путы. Ерртору и Ирраде стало жарко от огненных эмоций рассказчика, но они даже не шевельнулись, превратившись в сплошной слух. ...– Прямо из зала к замку Амдебафа вылетело двенадцать Хранителей Завета, чтобы привести приговор в исполнение. Пространственные глаза Владык следовали за палачами и показывали увиденное изображение всему взволнованному собранию. Под огромным хрустальным сводом купола советов народ, именующий себя Великим, становился свидетелем ужасной драмы наказания любви и сострадания холодным расчетом и отрешенностью. Сердце Амдебафа было сердцем героя... Он решил не спасаться бегством – он один бросил вызов Великим Владыкам и принял неравный смертельный бой. Взмыв над башней своего замка сияющей звездой, он набросил на него сверху охранное заклятье предтеч, позволяющее проникнуть лишь духу хозяина за покрывало барьера, и направился к этому одинокому утесу. Он любил его холодную вершину за покой и недоступность. Сияющая звезда, переливающегося брильянтового дракона сидела на пике черного утеса и ждала... – А сейчас я хочу, чтобы вы все увидели своими глазами, – сказал Дрел и скороговоркой начал произносить короткие цепи заклинаний. При каждом коротком слове из сгустка энергий его тела вырывалась нить и ввинчивалась в пространство. Нити вонзались во все стороны света, и еще через мгновение вся долина подернулась маревом. Глаза Ерртора и Иррады смотрели уже не на оплавленные потоки, а на правильные острые пики скал, осыпи и валуны. Кое-где пробивалась зелень растений, а на вершине утеса сияла белая сфера Амдебафа. – Смотрите, смотрите и помните вечно!... – Дрел замолчал. ...С юга приближались двенадцать огненных сгустков энергии. Летели они попарно, оставляя за собой яркие искрящиеся следы. Хранители порядка настолько были уверенны в своей силе, что не считали нужным перед лицом брильянтового дракона ломать правильный строй защитными маневрами. В воздухе запахло магией и соком земли. Земная твердь дрогнула, и по скалам с шипением поползли осыпи. Струи жизненной силы самого планетарного ядра стремглав ринулись вверх по утесу, на зов магии Амдебафа. С недосягаемой ледяной вершины, сверкая брильянтами чешуи, он обрушил безудержный поток голубых молний на еще летящих в строе Хранителей Завета. Они мгновенно исчезли в этой буре беснующихся разрядов. Мощь удара была настолько могучей, что поверхность скал начала оплавляться и течь алыми мазками по серому холсту гранита и базальта. Из этого облака вырвалось только десять Хранителей. Два из них, не ожидавшие такого вероломства, лишились тел и Фару, и им ничего не оставалось, как в виде разряженных облаков-наблюдателей приземлиться на окрестные скалы. Грохот рвал воздух в клочья, носясь остервеневшим эхом в клещах горных хребтов. Амдебаф не унимался, твердь рванулась из-под ног Ерртора и Иррады, и из разверзшихся недр земли ввысь одновременно взметнулись сотни копий раскаленной лавы, поднимая облака пыли и пепла. Одно из них достигло своей цели и под аккомпанемент шипения и рева боли вонзилось в длинное тело еще одного палача. Тела Хранителей, покрытые чешуей и магическими латами, напоминали смесь тела осьминога с бескрылым драконом, лапы которого заменяли около десятка крепких щупалец, оканчивающихся пальцами и правильными рядами присосок. В передних щупальцах они несли магические скипетры. Головы их походили на драконьи, увенчанные короной рогов, но челюсти были плоскими с мелкими острыми зубами, а на переносице каждого, помимо обычных бездонно-черных очей с бело-лунными кошачьими зрачками, находился крупный сиреневый фасеточный глаз. Хранители рассыпались в стороны и взяли утес в кольцо, медленно поднимаясь к его вершине. Потеряв троих на, казалось бы, обычном свершении правосудия, они уже старательно окружили себя плотными защитными экранами, и слили их воедино. Палачи не были искусны в полете, так как Амдебаф. Посредственные и неуклюжие в полете, они быстро и уверенно карабкались по утесу, не желая быть легкой добычей хищника небес. Бриллиантовый дракон низвергал на Хранителей волны пламени, плавящие камень, сменяемые мгновенными бурями холода, но коллективный магический панцирь держателей Завета оставался неуязвим. Палачи одновременно устремили смертоносные лучи скипетров на вершину утеса, в то место где сиял дракон. Амдебаф чутко уловил их намерение и едва успел прыгнуть вниз со сложенными крыльями, как вершину утеса охватил огромный алый плазменный шар около километра в диаметре. Шар распался на тысячи шаровых молний и те, как рой разъяренных пчел, бросились за падающим камнем вниз драконом. Амдебаф раскрыл крылья для виража. Несколько этих сфер нагнало непокорного, и взрывом прожгли три дыры в крыльях. Покрывающие их брильянтовые чешуйки, вырванные попаданием, сверкающим дождем опадали в алую пасть лавы. Творец Эндоры не чувствовал боли – он был поглощен битвой. На своих сияющих крыльях он нес возмездие за кровь его ни в чем не повинных детей. Долина напоминала пир демонов в хаосе – треск, грохот, взрывы, неистовство лавы и ветра. В лапах Амдебафа сверкнул полупрозрачный огромный бриллиантовый меч. Окружив себя таким же защитным экраном, как и Хранители Завета, он нырнул к ним в общее защитное поле, увлекая за собой весь рой адских шаровых молний. Палачи этого не ожидали и ближайший из них, замешкавшись, пропустил молниеносное движение лезвия меча, проносившегося как стрела мимо Амдебафа. Это ранение превратили в смерть несущиеся за драконом молнии. Алый взрыв пожрал тело Хранителя вместе с его длинными щупальцами, разорвав общее защитное поле. Еще одним врагом дракона стало меньше. Восемь оставшихся, оказавшись без неуязвимого защитного покрова, бросились врассыпную к окрестным скалам, прикрываясь их складками. Чувствовалось, как дракон был горд, что смог обратить в бегство Древних и самых могучих Законников народа Великих. То и дело он извергал из пасти смертельное пламя, а его магический меч вновь и вновь метал дротик-клинок в разные стороны вонзаясь в базальт, поднимая фонтаны лавы и груды камней в воздух в попытке настигнуть прячущихся и постоянно перемещающихся врагов. Он гордо во весь рост стоял на задних лапах, расправив крылья возле основания утеса, а мудрые Хранители Завета лишь слегка огрызались волнами заклятий и слабых магических ударов. – Передайте своим Богам, – взревел Амдебаф, – что свобода никогда...!!!! ...Но договорить бриллиантовый дракон не успел. Хранителями на него была наброшена единая тончайшая магическая парализующая сеть. Сеть сдавила его Фару и тело, медленно пережимая все энергетические каналы и останавливая кровь в жилах. Самоуверенность, польщенная мнимым бегством, открыла двери смертельной ловушке, и опытные Хранители ею воспользовались. Давление их Фару стало нарастать как разгоняющаяся снежная лавина, вдавливая дракона в стену утеса и наполняя его поле пожирающим огнем. Амдебаф не собирался отдавать так просто свою жизнь и по его парализованному чешуйчатому телу заструился белый огонь сопротивления. Дракон пылал, базальт плавился и тек, выплавляя в скале полусферу, но силы были слишком не равны и слишком цепки оказались парализующие сети врага. В этих сетях его дух даже не мог покинуть своего тела. Натасканные палачи знали свое дело и добросовестно выполняли смертный приговор. Старший из них встал, приподнявшись на щупальцах, пред Амдебафом и утробным голосом произнес: – Именем Владык, скрижалей Завета, и воли народа – ты, Амдебаф, принимаешь смерть и вечное забвение за пределами времен. Ты изгнан!!! Эти слова неслись в душе дракона вместе с неимоверной болью, болью его детей – воинов и страдальцев мирных народов Эндоры, болью сердца от холодного бездушия правителей своего рода, болью магического пламени, медленно пожиравшего его плоть. Собрав все силы и Фару в единую точку, ведая неотвратимость рока, Амдебаф в финальный миг своей жизни нанес последний огненный удар, извергнув белое пламя. Этот удар пришелся как раз в Хранителя стоящего перед ним и был такой силы, что тот просто испарился на месте, а огненная сфера пронзила скалу насквозь, образовав тоннель соединяющий Эндору и запретную страну Великих. Семь оставшихся хранителей довели дело до конца. По обессилившему чешуйчатому телу дракона поползли черные нити пожирающих материю молний, даже не оставляя от плоти праха. Одновременно с этим подлетевшие из своих укрытий палачи заключили в рунный саркофаг дух непокорного, и яркой вспышкой общей Фару отбросили его за пространственно-звездные пределы... ...– Вот так и закончилась его жизнь! – заключил Дрел. Друзья от неожиданности вздрогнули. Мир снова подернулся пеленой и через долю секунды был в своей сегодняшней ипостаси. По серой поверхности пустынного базальта слабый ветерок гонял клубы пыли как стада овец. Дрел как-то сник и замолчал. Сгусток его энергетического тела едва заметно покачивался в нескольких сантиметрах над землей, а свет голубых глаз исчез с овала лица. – Ну, а ты... Что стало с тобой, Великий Дрел, после пленения? – спросил, присаживаясь Ерртор. У него затекли ноги, и он решил дать им немного отдохнуть. – Видя какой ценой далось Хранителям Завета привести в исполнение приговор, Владыки рассвирепели. «Ты виновен в гибели Хранителей, тем, что предупредил этого изменника!» – вопили они. Меня осудили на лишение моего тела и заточение в плоть хищной доисторической твари, которую они поместили в пробитый Амдебафом тоннель, с тем, чтобы я вечно, против своей воли, пожирал любопытных детей Эндоры. Именно из этого тысячелетнего плена вы и освободили меня друзья... Тишина вновь воцарилась под вплавленным в скалу силуэтом Великого. Души эльфа и дракона находились под тяжким гнетом древней и несправедливой смерти своего праотца. Говорить ничего не хотелось. Их жажда поиска новых знаний о Великих теперь напоминала дурную затею несмышленых детей, сующих свой нос в топкое и бездонное болото, которое бесследно проглатывало доисторических титанов. Ясное голубое небо манило Ирраду жаждой полета. Шли вторые сутки без взмахов крыльев, песни ветра в чешуе и короне рогов. Иррада с тоской разглядывала любимую голубую стихию. Она обожала ее больше жизни, сама мысль что когда-то, в конце своего живого пути, придется покинуть ее навсегда, вызывала в ней приступ ярости. Она считала это верхом несправедливости Судьбы – отнимать у дракона небо... А тут ей поведали, что право парить и дышать холодной плотью небес отобрали за любовь и заботу о своем творении и потомстве. В глубине души, несмотря на то, что она была еще очень молода по драконьему веку, ей иногда до дрожи кончика хвоста хотелось выносить и явить миру маленькое несмышленое чудо – новорожденного дракончика. – «Ели бы кто-то, только осмелился отщипнуть бы самую маленькую чешуйку с крылышка моего дитя», – думала она, – «...я бы рвала его в мелкий прах долгие часы, прежде чем отпустила его душу в мир теней, а тут Создатель целой страны и многих народов, терпел и умолял о снисхождении этих бездушных каракатиц!» Ярость закипела в жилах дракона. Иррада не сдержавшись, воздела голову вверх, закинув сверкающую на солнце золотую корону рогов, обнажила плавно изогнутые клыки и с оглушительным ревом выпустила вверх мощную струю сине-алого пламени. Сидящий на земле и скрестивший ноги Ерртор поднял блуждающий по камню взгляд и сочувственно посмотрел на свою спутницу. Вся жизнь в Эндоре полнилась добродетелью и миром. Они с Иррадой посвятили свою жизнь для сохранения этих ценностей. Великие были идеалом жизненных стремлений и драгоценных знаний. Даже предания о древней войне порой казались лишь выдуманной сказкой для детей, но найденная здесь в Тироле правда о богах оказалась ужасом безразличия и самости древней расы. Крик души Иррады заставил оторваться всадника от этих унылых мыслей и эльф залюбовался переливами ее пламени. В этот же миг Дрел вышел из своего оцепенения, на его лице зажглись голубые сиянья глаз. Он, так же как и Ерртор, провожал взглядом пламя дракона. Пламя огненной почести сестры небес своему пращуру, жившему этой же голубой страстью. Вдруг, над их головами, на высоте около ста метров, на одном из карнизов появился огромный дракон. Дракон сиял блестящей бриллиантовой, с оттенками розового, чешуей в лучах клонившегося к закату солнца. Он медленно вытянул на закат шею, как бы указывая на земли Эндоры, и не торопясь, расправил великолепные крылья ... Он жив! Страна Богов. – Он жив! – в один голос выкрикнули все трое. Ерртор единым прыжком оказался на спине Иррады в тот момент, когда ее золотые лапы оторвались от земли, а крылья сделали первый стремительный мах. Дрел не отставал, его ослепительный зеленый кокон парил рядом с друзьями, оставляя за собой шлейф радужного свечения. Истосковавшиеся крылья Иррады совершали бешеные взмахи. Пять, ну, максимум, еще десять секунд отделяли их от гиганта – дракона. Дрел даже вырвался немного вперед. – Вот он стоит, но почему не двигается? – мелькнула общая мысль. Через мгновение их ожидал ледяной водопад разочарования. Стоящий на карнизе дракон был лишь магической иллюзией, которая с их приближением медленно растаяла в плавных объятиях ветра. По центру карниза покоилась черная квадратная отполированная плита с золотыми рунами по периметру, а в ее центре блистали вплавленные в виде маленького кургана бриллиантовые чешуи Амдебафа. Призрак, всадник и дракон приземлились, подойдя к памятнику. Золотые руны были написаны на языке Великих, и ни Ерртор ни Иррада не могли их прочесть. Дрел подошел поближе, если можно так сказать, про плавающего над поверхностью духа и стал читать вслух: Мы силой твоею Вдыхаем пространство. Мы страстью твоею На звезды глядим. Мы ищем, поверь нам, Во всех бурях странствий Тебя друг бессмертный, Тебя пилигрим... ...От тех, кто понимал, поддерживал, и помнил, но

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50

Автор:Александр Немялковский. Книга :Великие Драконы
скачать эту книгу можно по ссылке

Добавить книгу на сайт
Друзья
Электронная библиотека
Архив книг
Обратная связь
admin[dog]allbooks.in.ua

Интернет реклама
Все материалы предоставлены исключительно для ознакомительных целей и защищены авторским правом