Уитни, любимая том 2, Макнот Джудит, читать или скачать бесплатно эту книгу.

Онлайн библиотека - большой выбор различных книг, разных жанров и направлений

Читать Макнот Джудит Уитни, любимая том 2


скачать Макнот Джудит Уитни, любимая том 2 можно отсюда

ЛЮБИМАЯ ТОМ I Джудит МАКНОТ Анонс Гордая красавица Уитни Стоун возвращается домой, к человеку, которого любила с детства, лишь для того, чтобы узнать о вероломстве собственного отца, обручившего ее с совершенно незнакомым и чужим человеком - герцогом Клеймором. Напрасно молит Уитни освободить ее от подписанного контракта и позволить соединить жизнь с любимым. Девушка не знает, что настоящая любовь и серьезные испытания ждут ее впереди... Памяти Майкла, друга, мужа, возлюбленного Глава 1 Англия. 1816 год Элегантный дорожный экипаж подпрыгивал и неуклюже трясся на ухабах проселочной дороги, и измученная долгим томительным путешествием леди Энн Джилберт, нетерпеливо вздохнув, прислонилась щекой к плечу мужа: - Еще целый час езды, не меньше, а неизвестность просто терзает меня! Хотелось бы поскорее увидеть, какой стала Уитни теперь, когда выросла и повзрослела! Леди Энн снова вздохнула и надолго замолчала, рассеянно глядя из окна кареты на луга и поля, заросшие высокой сочной травой, среди которой ярко пестрели розовая наперстянка и солнечно-желтые лютики. Подумать только, она не видела свою племянницу Уитни почти одиннадцать лет! Кто может знать, как изменилась она за это время! - Она наверняка такая же хорошенькая, как и ее мать. И унаследовала материнскую улыбку, доброту и мягкость, милый покладистый нрав... Лорд Эдвард Джилберт метнул на жену скептический взгляд. - Покладистый нрав? - с веселым недоверием осведомился он. - По-моему, ее отец упоминал вовсе не об этом, скорее наоборот... Как опытный дипломат, атташе британского консульства в Париже, лорд Джилберт был непревзойденным мастером намеков, недомолвок, уверток, иносказаний, отговорок и интриг, но в личной жизни предпочитал бодрящую альтернативу резковатой прямоты и поэтому всегда резал правду в глаза, какой бы неприятной она ни была. - Позволь освежить твою память, - сказал он, порывшись в карманах и извлекая оттуда письмо от отца Уитни. Лорд насадил на нос очки и, с мрачной решимостью проигнорировав гримасу леди Энн, начал читать: Манеры Уитни поистине ужасны, поведение невыносимо. Она своевольный сорванец, приводящий в отчаяние всех знакомых. Сколько раз она ставила меня в неловкое положение! Умоляю вас взять ее с собой в Париж в надежде, что, может, вы сумеете добиться большего успеха в воспитании этой дерзкой упрямой девчонки, чем я . - Ну? Можешь ты показать место, где говорится о ее милом нраве ? - хмыкнул Эдвард. Жена наградила его раздраженным взглядом. - Мартин Стоун - холодный бесчувственный человек, и, будь Уитни святой, он все равно нашел бы к чему придраться! Вспомни, как он кричал на нее и отослал в спальню в день похорон моей сестры! Эдвард, заметив вздернутый подбородок леди Энн, примирительно обнял ее за плечи. - Мне тоже не по душе этот человек, но ты должна признать, что, когда теряешь молодую жену, безвременно ушедшую из жизни, и собственная дочь обвиняет тебя перед пятьюдесятью собравшимися в том, что ты запер маму в ящик, боясь, как бы она не сбежала, все это крайне неприятно и отнюдь не способствует улучшению его характера. - Но Уитни тогда едва исполнилось пять! - горячо запротестовала Энн. - Согласен. Только Мартин был вне себя от горя! Кроме того, насколько я припоминаю, он отослал ее наверх не за этот проступок. Это было позже, когда все собрались в гостиной, а Уитни затопала ногами и пригрозила пожаловаться Богу, если мы немедленно не освободим ее маму. - Какой неукротимый дух, Эдвард, - улыбнулась Энн. - В тот момент мне показалось, что с ее маленького носика вот-вот слетят веснушки! Признайся, она была великолепна. - Сказать по правде... да, - покорно согласился Эдвард. - По крайней мере мне так показалось. В то время как фаэтон Джилбертов пересекал границы поместья, небольшая компания молодых людей ожидала на южной лужайке, нетерпеливо поглядывая в сторону конюшни. Миниатюрная блондинка разгладила розовые юбки с оборками и картинно вздохнула с таким расчетом, чтобы продемонстрировать завлекательную ложбинку в декольте. - Как по-вашему, что задумала на этот раз Уитни? - поинтересовалась она у стоявшего рядом красивого светловолосого джентльмена. Глядя в широко раскрытые голубые глаза Элизабет Аштон, Пол Севарин улыбнулся. Боже, Уитни отдала бы правую руку, лишь бы эта улыбка была обращена к ней! - Попытайтесь быть чуточку терпеливее, Элизабет, - посоветовал он. - Ах, Элизабет, конечно, никто из нас не имеет ни малейшего представления о том, что задумала на этот раз Уитни, - колко заметила Маргарет Мерритон. - Но можете быть уверены, это наверняка что-нибудь глупое и совершенно возмутительное! - Маргарет, мы все сегодня в гостях у Уитни, - упрекнул Пол. - Не пойму, почему вы вечно ее защищаете! - злобно возразила Маргарет. - Право, тошно смотреть, как она гоняется за вами на виду у всех, ничуть не скрывая своих намерений, и вам прекрасно это известно! Совершенно непристойное зрелище! - Маргарет! - рявкнул Пол. - Я сказал, довольно! И молодой человек, раздраженно вздохнув, уставился на свои начищенные до блеска сапоги. Уитни действительно выставляет себя на посмешище, преследуя его, и в округе все только об этом и говорят, черт возьми! Сначала он просто забавлялся, обнаружив, что стал объектом томных взглядов и обожающих улыбок пятнадцатилетней девочки, но позже Уитни начала всерьез преследовать его, с решимостью и блестящей тактикой Наполеона в юбке. Стоило ему выехать за пределы поместья, и Уитни обязательно встречалась на пути, словно устроила где-то поблизости тайный наблюдательный пункт или подкупила слуг в доме Пола. Так или иначе, каждое его движение немедленно становилось ей известно, и Пол вскоре уже не считал это детское увлечение безвредным или забавным. Три недели назад она последовала за ним до местного постоялого двора, и Пол, занятый приятными размышлениями относительно того, стоит ли принять произнесенное шепотом приглашение дочери хозяина прогуляться на сеновал, случайно поднял голову и встретился взглядом со знакомыми ярко-зелеными глазами, смотревшими на него через оконное стекло. Отшвырнув кружку эля, он почти вылетел наружу, вцепился Уитни в локоть и бесцеремонно усадил в седло ее же лошади, сухо напомнив при этом, что отец, несомненно, будет разыскивать дочь, если та не появится дома к вечеру. Решив, что избавился от девчонки, он вошел в дом и потребовал еще одну кружку эля. Дочь хозяина принесла заказ и, наклонившись, зазывно скользнула тяжелой грудью по его плечу, но в тот момент, когда перед молодым человеком предстало внезапное соблазнительное видение двух обнаженных тел, сплетающихся в объятиях на сене, в другом окне показались все те же прозрачные зеленые глаза! Пришлось бросить на стол пригоршню монет, чтобы исцелить раненое самолюбие испуганной девушки, а самому уехать... только лишь затем, чтобы снова встретить мисс Стоун на обратном пути. Он начинал чувствовать себя добычей, к которой подкрадывается неумолимый охотник, преступником, которого вот-вот схватят, и терпение молодого человека было на пределе. И все же, раздраженно думал Пол, он стоит под ярким апрельским солнцем, пытаясь по какой-то непонятной причине защитить Уитни от нападок, которые та, несомненно, заслужила. Хорошенькая девушка, Эмили Уильямс, на несколько лет младше остальной компании, встревоженно взглянула на Пола. - Думаю, мне стоит посмотреть, что так задержало Уитни, - пролепетала она и поспешно пересекла лужайку, шагая вдоль выбеленного забора, примыкающего к конюшне. Распахнув большие двойные двери, Эмили вгляделась в длинный коридор, по обеим сторонам которого были устроены стойла. - Где мисс Уитни? - спросила она у младшего конюха, ведущего на поводу гнедого мерина. - Сюда, мисс. Даже в полумраке Эмили заметила, как вспыхнуло лицо мальчика, кивнувшего на кладовую. Эмили с недоумением взглянула в сторону побагровевшего парнишки, тихо постучала в дверь и вошла, но тут же застыла при виде представшего ее глазам зрелища. Длинные ноги Уитни Элисон Стоун обтягивала грубая коричневая ткань бриджей для верховой езды, почти непристойно облепивших ее стройные бедра и подвязанных на талии обрывком веревки. Кроме бриджей, на Уитни была лишь тонкая сорочка. - Но... неужели ты выйдешь на люди в таком виде? - охнула девушка. Обернувшись, Уитни веселым взглядом окинула изумленную подругу. - Конечно, нет! Сверху я наброшу рубашку. - Н-но поч-чему? - с отчаянием пробормотала Эмили. - Потому что вряд ли прилично показываться в одной сорочке, - жизнерадостно пояснила Уитни, снимая с колышка чистую рубашку конюха и просовывая руки в рукава. - П-прилично? Да разве прилично появиться при всех в мужских бриджах?! Ты ведь знаешь... - Верно. Но не могу же я скакать на лошади без седла в этих юбках?! Да ветер просто поднимет их мне на голову, и что будет тогда? - весело объяснила Уитни, скручивая длинные непокорные волосы в узел и скрепляя его на затылке. - Скакать без седла?! Ты хочешь сказать, что собираешься сесть на лошадь верхом? Да отец лишит тебя наследства и выгонит из дома, если ты осмелишься на такое! - Я не собираюсь ехать верхом, - хохотнула Уитни, - и кроме того, не понимаю, почему мужчинам позволено удобно усаживаться в седло, а мы, женщины, слабый пол, должны сидеть боком и молить Бога о том, чтобы не оказаться под копытами коня. Но Эмили не собиралась отвлекаться от темы. - В таком случае, что ты намереваешься делать? - Никогда не подозревала, до чего же ты любознательна, молодая леди, - поддразнила Уитни. - Но так и быть, отвечу: собираюсь скакать, стоя на спине лошади. Я видела когда-то такое на ярмарке и с тех пор упражнялась. И когда Пол увидит, на что я способна, конечно... - Он просто посчитает, что ты сошла с ума, Уитни Стоун! Пол подумает, что ты ужасно невоспитанна и делаешь все это, чтобы привлечь его внимание. - И заметив, что подруга упрямо подняла подбородок, Эмили решила изменить тактику. - Уитни, пожалуйста, подумай об отце! Что он скажет, если узнает? Уитни поколебалась, невольно ощутив силу пристального ледяного взгляда отца, словно устремленного в это мгновение на нее, и, набрав в легкие воздух, медленно выдохнула, увидев в маленькое окошко приятелей, ожидавших на лужайке. - Отец, как обычно, - устало выговорила она, - скажет, что я его разочаровала, что позорю его и память матери и он рад, что она не дожила до такого несчастья - увидеть, во что превратилось ее единственное дитя. Ну а потом полчаса будет проповедовать, какая идеально воспитанная леди мисс Элизабет Аштон и что мне следовало бы брать с нее пример. - Ну... если ты действительно хочешь произвести впечатление на Пола, могла бы попытаться... Уитни в раздражении стиснула кулаки. - Я старалась быть похожей на Элизабет. Носила эти мерзкие платья с оборками, в которых чувствовала себя настоящим чучелом, целыми часами упражнялась в молчании и хлопала ресницами до тех пор, пока не начинали болеть глаза. Эмили закусила губку, чтобы не рассмеяться при этом беспристрастном, но совершенно нелестном описании манерных привычек Элизабет, но тут же помрачнела. - Пойду передам остальным, что ты сейчас выйдешь, - вздохнула она. Возмущенные возгласы и презрительные реплики встретили появление Уитни на лужайке, но девушка, не обращая ни на кого внимания, подвела лошадь поближе к зрителям. - Она упадет, - предсказала одна из девиц, - если Господь раньше не поразит ее за этот ужасный вид! У Уитни на языке вертелся язвительный ответ, но она сцепила зубы, надменно вскинула голову и украдкой взглянула на Пола. Красиво очерченные губы были неодобрительно поджаты, а взгляд медленно скользил от босых ступней к облаченным в бриджи бедрам. Сердце Уитни сжалось от пренебрежительного выражения его лица, но от своего решения она не отступила и вскочила на покорно стоявшего мерина. Тот пустился легким галопом, и Уитни начала медленно выпрямляться, раскинув в сторону руки, чтобы удержать равновесие. Постепенно она встала во весь рост. Конь пробегал круг за кругом, и, хотя Уитни каждую минуту с ужасом ожидала падения, все же ей удавалось выглядеть грациозной и уверенной. Заканчивая четвертый круг, она позволила себе поглядеть в сторону собравшихся. Какие брезгливые гримасы! Но девушка все же отыскала того единственного, ради кого затеяла все это. Лицо Пола почти скрывала тень огромного дерева, и Элизабет Аштон цеплялась за его руку, однако Уитни успела заметить медленную, нерешительную улыбку, чуть приподнявшую уголки его рта, и чувство торжества, словно крепкое вино, мгновенно вскружило ей голову. К тому времени, как она начала пятый круг. Пол уже широко улыбался. Уитни была вне себя от счастья, и теперь даже ноющие мышцы и синяки ничего не значили по сравнению с ослепительной радостью, охватившей ее. Стоя у окна гостиной, выходившего на южную лужайку, Мартин Стоун тоже наблюдал представление, которое давала его дочь. За спиной раздался голос дворецкого, объявившего о прибытии лорда и леди Джилберт. Слишком разъяренный в этот момент, чтобы говорить, Мартин приветствовал золовку и ее мужа коротким кивком. - Как... как я рада видеть вас после стольких лет, Мартин, - не моргнув глазом, солгала леди Энн, но, заметив, что тот хранит ледяное молчание, тревожно осведомилась: - Где Уитни? Нам не терпится ее увидеть. Мартин наконец обрел голос. - Видеть ее? - с бешенством рявкнул он. - Мадам, для этого достаточно выглянуть в окно! Сбитая с толку Энн подошла ближе. Внизу, на лужайке, она увидела стройного юношу, искусно балансирующего на скачущей лошади. Вокруг стояли зрители и оживленно переговаривались. - Какой ловкий мальчик! - воскликнула она. Эта простая реплика, казалось, в мгновение ока вывела Мартина из состоянии ледяной ярости, побудив к решительным действиям. - Если желаете познакомиться с племянницей, прошу идти за мной! - предложил он, шагнув к двери. - Или могу избавить вас от унижения и привести ее сюда. Раздраженно фыркнув, леди Энн взяла под руку мужа, и оба последовали за Мартином. Приблизившись к зрителям, Энн услышала перешептывания и смешки и смутно отметила, что в самой интонации было нечто злобно-издевательское. Но сейчас ей было не до того: она внимательно рассматривала девичьи лица, стараясь узнать Уитни. Где же она? Леди Джилберт сразу и решительно отвергла двух блондинок и одну рыжеволосую девушку, несколько мгновений изучала миниатюрную синеглазую брюнетку и, наконец, отчаявшись, обратилась к молодому человеку, стоявшему рядом: - Прошу извинить меня, я леди Джилберт, тетя Уитни. Не можете сказать, которая из девушек она? Пол Севарин, до которого дошел комизм положения, весело, хотя и с некоторой долей сочувствия улыбнулся. - Ваша племянница - на лошади, леди Джилберт, - сообщил он. - На ло... - осекся, задохнувшись, лорд Джилберт. Уитни со своей ненадежной позиции на спине лошади с ужасом наблюдала за приближением отца, почти бежавшего к ней. - Пожалуйста, не нужно сцен, папа, - попросила она, стараясь, чтобы не услышали остальные. - Я?! Я устраиваю сцены? - бешено заревел Мартин и, схватив поводья, с силой натянул их, так резко остановив коня, что Уитни едва успела соскочить. Как только ноги ее коснулись земли, девушка потеряла равновесие, пошатнулась и упала. Немного придя в себя, она попыталась встать, но отец безжалостно стиснул руку дочери и потащил ее к собравшимся. - Это... это создание, - объявил он, толкнув ее к тете и дяде, - ваша племянница, как мне ни больно это признать. Уитни услышала хохот, и компания молодых людей мгновенно рассеялась. Девушка ощутила, как лицо заливает горячая краска, но, не желая сдаваться, вежливо сказала: - Добрый день, тетя Энн и дядя Эдвард. Как поживаете? И глядя вслед удалявшемуся Полу, машинально потянулась к подолу несуществующей юбки, но тут же поняла свою ошибку и ухитрилась сделать комический реверанс в мужских бриджах. Она, конечно, заметила, как нахмурилась тетка, но лишь гордо подняла подбородок. - Можете быть уверены, тетя, ту неделю, что вы пробудете здесь, я попытаюсь не выставлять себя на посмешище! - Неделю, что мы пробудем здесь? - охнула леди Джилберт, но Уитни была слишком поглощена видом Пола, подсаживавшего Элизабет в свой двухколесный экипаж, чтобы заметить удивление на лице тетки. - До свидания, Пол, - окликнула она, беспорядочно размахивая руками. Пол оглянулся и тоже поднял руку в молчаливом прощании. До нее снова донесся смех. Легкие коляски быстро помчались по подъездной аллее, унося седоков на пикник или другое, такое же восхитительно веселое развлечение, куда Уитни никогда не приглашали, поскольку она была слишком молода. По пути к дому леди Энн буквально раздирали (противоречивые эмоции: сочувствие к Уитни и ярость на Мартина, так унизившего дочь перед посторонними. Кроме того, она была потрясена видом, племянницы в мужском костюме, резвившейся на спине лошади, и совершенно ошеломлена тем открытием, что Уитни, чью мать можно было назвать лишь миловидной, обещала стать настоящей красавицей. Правда, пока она была слишком худа, но даже сейчас, после этой позорной сцены, впав в немилость, держалась прямо и шагала с природной грацией, чуть заметно соблазнительно покачивая бедрами. Энн улыбнулась, сообразив, как неприлично это выглядит, как вызывающе обтягивает грубая ткань стройные бедра, как подчеркивает обрывок веревки узенькую талию, которой не нужны никакие корсеты, как меняют цвет глаза под густыми черными ресницами - от зеленоватого, цвета морской волны, до темно-нефритового. А эти волосы! Беспорядочная грива, масса локонов оттенка темного красного дерева! Все, что требуется, - аккуратно подровнять их и расчесывать, пока не заблестят! У Энн положительно чесались руки немедленно приступить к делу. Мысленно она уже изыскивала способы подчеркнуть необыкновенные глаза Уитни и высокие скулы. Нужно убрать волосы со лба и уложить на голове короной так, чтобы лишь две пряди спадали на уши... или просто зачесать назад и распустить мягкими волнами по плечам... Как только они вошли в дом, Уитни, пробормотав извинения, поднялась к себе и в отчаянии бросилась в кресло, с ужасом воскрешая в памяти унизительный скандал, свидетелем которого стал Пол. Как мог отец так грубо стащить ее с коня, а потом кричать при всех! Тетя и дядя, несомненно, вне себя от ужаса, и все из-за ее отвратительной выходки! Щеки Уитни горели от стыда при одной мысли о том, как, должно быть, они презирают ее. - Уитни? - шепнула Эмили, прокравшись в комнату и осторожно закрывая за собой дверь. - Я пошла через черный ход. Твой отец очень сердится? - Зол, как сам дьявол, - подтвердила Уитни, разглядывая собственные ноги. - Наверное, я все испортила, как ты считаешь? Все надо мной смеялись, и Пол это слышал. И теперь, когда Элизабет исполнилось семнадцать, он, конечно, сделает ей предложение, прежде чем получит хотя бы малейший шанс понять, как любит меня. - Тебя? - ошеломленно повторила Эмили. - Уитни Стоун, да он бегает от тебя как от чумы, и ты прекрасно знаешь это! И кто его осудит, особенно после тех неприятностей, которые ты доставила ему в прошлом году! - Не так уж много, - запротестовала Уитни, неловко заерзав в кресле. - Нет? А как насчет той проделки, которую ты сыграла с ним в канун Дня Всех Святых? Кто выскочил на дорогу прямо перед его экипажем с диким воплем, как банши<В ирландской .мифологии сверхъестественное существо лике красивой женщины; вопли которой предвещают смерть. - Примеч. ред.>, да еще в костюме привидения, так, что лошади испугались? Уитни побагровела. - Ну... не настолько уж он рассердился... и коляска осталась цела. Только ось поломалась, когда она перевернулась. - Да, и нога Пола, - напомнила Эмили. - Но она быстро зажила, - возразила Уитни, уже почти забыв о прошлых неудачах и явно подыскивая способы вновь привлечь внимание Пола. Девушка вскочила и медленно обошла комнату. - Необходимо придумать что-то... даже если придется для этого похитить Пола. Лукавая улыбка осветила измазанное грязью личико, и Уитни развернулась с такой скоростью, что Эмили испуганно сжалась. - Эмили, одно совершенно ясно - он не подозревает, что неравнодушен ко мне. Правда? - Вернее сказать, ему совершенно безразлично, есть ты на свете или нет, - насторожилась Эмили. - Следовательно, будет правильнее сказать, что он не сделает мне предложения без дополнительного стимула. Согласна? - Да он под дулом пистолета не сделает тебе предложения, и ты прекрасно понимаешь это. Кроме того, ты слишком молода, чтобы выйти замуж, даже если... - При каких обстоятельствах, - торжествующе перебила Уитни, - джентльмен обязан предложить руку леди? - Понятия не имею. Кроме, конечно, случая, когда он скомпрометирует ее... Уитни, нет! Ни за что. Запомни, на этот раз я тебе не помощница! Уитни, вздохнув, снова бросилась в кресло, вытянув длинные ноги. Совершенно неуместный смешок сорвался с ее губ при одной мысли о крайне непристойной идее, пришедшей ей в голову: - Если бы только я могла ослабить... ну, знаешь, выдернуть чеку на колесе так, чтобы оно слетело не сразу, а потом попросить Пола повезти меня на прогулку... Тогда к тому времени, как мы вернемся или Кто-нибудь придет на помощь, будет уже ночь, и ему Волей-неволей придется просить моей руки у отца. - И не обращая внимания на осуждающий взгляд Эмили, девушка продолжала: - Подумай только, какой восхитительный поворот старого сюжета! Молодая леди похищает джентльмена, и его репутация настолько запятнана, что девушку принуждают выйти замуж, чтобы все уладить! Какой прекрасный роман мог бы получиться! - добавила она, восхищенная собственной изобретательностью. - Я ухожу! - объявила Эмили и решительно зашагала к двери, но у самого порога остановилась и обернулась к Уитни: - Твои тетя и дядя все видели. Придумай лучше, как ты собираешься объяснить эти бриджи и скачку на лошади. Лицо Уитни помрачнело. - Ничего я не собираюсь объяснять - это не может. Но зато, пока они будут здесь, я намереваюсь показать пример добродетели, воспитанности и послушания. - И заметив полный сомнения взгляд Эмили, пообещала: - Кроме того, я собираюсь держаться подальше от родственников и видеться с ними лишь за столом. Думаю, я способна вести себя, как Элизабет, по крайней мере три часа в день. Уитни сдержала обещание. За обедом, после душераздирающего рассказа дядюшки о жизни в Бейруте, где он служил в британском консульстве, девушка только пробормотала: - Как поучительно, дядя, - хотя сгорала от желания забросать его вопросами. И после живописного описания Парижа и захватывающих дух увеселений столицы Уитни вежливо отозвалась: - Как интересно, тетя. И не успели обедающие встать из-за стола, как девушка извинилась и исчезла. Прошло три дня, и попытки Уитни стать послушной и скромной или по крайней мере невидимой, оказались настолько успешными, что Энн начала спрашивать себя, уж не померещилась ли ей эта вспышка непокорства, которую она наблюдала в день приезда. А может, девушка просто невзлюбила ее и Эдварда? На четвертый день, когда Уитни позавтракала еще до того, как остальные проснулись, и немедленно растворилась где-то, Энн решила узнать правду. Она обыскала весь дом, но Уитни нигде не оказалось. Не было ее и в саду. Не брала она и лошадь из конюшни - это Энн подтвердил конюх. Щурясь на ярком солнце, леди Джилберт огляделась, гадая, где может проводить весь день пятнадцатилетняя девочка. И тут на вершине холма, возвышавшегося рядом с поместьем, она заметила ярко-желтое пятно. - Вот ты где! - выдохнула Энн, открывая зонтик и решительно пересекая лужайку. Уитни не замечала тетку, пока не стало слишком поздно. Сожалея, что не нашла лучшего укрытия, девушка попыталась придумать невинную тему, на которую можно беседовать без страха показаться невеждой. Одежда? Но Уитни ничего не понимает в модах, да ей это и совершенно безразлично - она все равно выглядит ужасно, что ни надень. Какое платье может исправить внешность девушки с кошачьими глазами, волосами цвета глины и веснушками на носу? Кроме того, она слишком высокая, слишком худая, и если милостивый Господь намеревается все же дать ей некое подобие груди, то, кажется, слишком запаздывает. Леди Энн, задыхаясь, на подгибающихся ногах едва взобралась на крутой холм и без сил рухнула на разостланное одеяло рядом с племянницей. - Я... хотела... немного прогуляться, - беззастенчиво солгала она и, немного придя в себя, заметила на коленях Уитни развернутую книгу, лежавшую вверх кожаным переплетом. - Это любовный роман? - осведомилась она, обрадованная подвернувшейся темой для разговора. - Нет, тетя, - скромно отозвалась девочка, загораживая рукой название. - Мне говорили, что юные леди обожают любовные романы, - заметила Энн, - Да, тетя, - вежливо согласилась Уитни. - Я как-то читала один, но он мне не понравился, - заметила леди Энн, лихорадочно пытаясь придумать, о чем еще можно потолковать с племянницей. - Не выношу героинь, которые либо идеальны до отвращения, либо вечно падают в обморок. Уитни была крайне поражена, обнаружив, что она не единственная женщина в Англии, которая терпеть не может сентиментальную чушь, и мгновенно забыла о собственном решении говорить исключительно междометиями. - А когда героиня не лежит без сознания, - добавила она, весело блестя глазами, - значит, прижимает к носу флакончик с нюхательными солями и льет слезы по некоему безвольному джентльмену, до сих пор не набравшемуся мужества сделать предложение или, того хуже, успевшему отдать руку и сердце другой, недостойной особе. Лично я никогда бы не смогла целыми днями лежать и ничего не делать, зная, что мой возлюбленный стал жертвой какой-нибудь ужасной женщины. Уитни мгновенно опомнилась и искоса взглянула на тетку, чтобы проверить, не шокирована ли та, но леди Энн рассматривала ее с непонятной улыбкой, таившейся в уголках губ. - Тетя Энн, могли бы вы питать какие-то чувства к мужчине, который падает на колени и произносит: О, Кларабел, твои губы - лепестки красной розы, а глаза - две сверкающие звезды . - И Уитни, презрительно фыркнув, пояснила: - Именно в этом месте я помчалась бы за флакончиком с солями! - И я тоже, - смеясь, согласилась Энн. - Итак, что же ты читаешь, если не унылые любовные романы? - Взяв книгу из-под ладони Уитни, леди Энн взглянула на выведенный золотом заголовок. - Илиада"? - потрясенно-недоверчиво пробормотала она. Ветерок зашелестел страницами, и Энн перевела изумленный взгляд на замкнутое лицо Уитни. - Но она на греческом! Ты знаешь греческий? Уитни кивнула, краснея от унижения. Теперь тетя посчитает ее синим чулком - очередное темное пятно на репутации. - Еще латынь, итальянский, французский и немного немецкий, - призналась она. - Боже милостивый! - выдохнула Энн. - Каким образом ты все это выучила? - Несмотря на весьма невысокое мнение отца о моих умственных способностях, я просто наивна, но не безмозгла и терзала его каждый день, пока он не пригласил для меня учителей по истории и языкам. Уитни замолчала, вспоминая, как была уверена когда-то, что, если станет прилежно учиться, сможет заменить отцу сына, которого у него никогда не было. И тогда он, может, полюбит ее... - Да ты, кажется, стыдишься своих успехов, хотя должна бы гордиться. Уитни задумчиво поглядела на дом, уютно расположившийся в долине под холмом. - Конечно, все считают, что обучать женщин таким вещам - пустая трата времени. И по правде говоря, я совсем не способна постигнуть то, что умеет каждая женщина. Шью так, словно делаю это с завязанными глазами, а когда пою, все собаки в округе начинают подвывать. Мистер Туитсуорти, наш местный учитель музыки, утверждает, что от моей игры на фортепьяно у него мгновенно появляется крапивница. Я не умею делать то, что делают другие девушки, и, что хуже всего, ненавижу подобные занятия. Теперь-то, думала Уитни, тетя окончательно невзлюбит ее, как и все остальные, но так даже лучше. По крайней мере теперь Уитни перестанет бояться неизбежного. Она взглянула на леди Энн широко раскрытыми глазами: - Уверена, папа уже успел все рассказать обо мне. Конечно, я для него ужасное разочарование. Он хочет, чтобы я была такой же изящной, скромной и тихой, как Элизабет Аштон. Я пыталась, сколько могла, но ничего не выходит. Сердце Энн сжалось от боли за это прекрасное, живое, смелое, запутавшееся дитя, рожденное ее сестрой. Коснувшись пальцами щеки Уитни, она мягко сказала: - Твой отец мечтает о дочери, подобной камее, - деликатной, бледной, невыразительной, во всем повинующейся его воле. Но вместо этого его дочь похожа на бриллиант - такой же сверкающий, полный радости жизни, и поэтому он не знает, что с ней делать. Вместо того чтобы ценить редкость и красоту камня, вместо того чтобы немного отшлифовать его и явить миру ослепительный блеск, он пытается превратить драгоценность в обычную камею. Уитни была склонна скорее думать о себе, как о куске угля, но, не желая лишать иллюзий тетю, решила промолчать. После ухода леди Энн она и новь взяла в руки книгу, но вскоре, забыв о подвигах героев, перенеслась мыслями к Полу. Вечером, спустившись в столовую, она почувствовала, что атмосфера в комнате странно накалена - никто даже не заметил, как она подошла к столу. - Когда вы намереваетесь сказать девочке, что она едет с нами во Францию, Мартин? - рассерженно требовал дядя. - Или решили ждать до самого отъезда, а потом просто швырнуть дитя в карету и хлопнуть дверцей? Перед глазами Уитни все поплыло, и на какое-то ужасное мгновение ей показалось, что ее вот-вот вывернет наизнанку. Девочка остановилась, пытаясь взять себя в руки и проглотить горький ком, застрявший в горле. Ноги по-прежнему тряслись, отказываясь ее держать. - Разве я куда-то еду, папа? - осведомилась она, стараясь казаться спокойной. Все мгновенно повернулись и уставились на нее. Лицо Мартина выражало лишь нетерпение. Губы были раздраженно сжаты. - Во Францию, - бросил он резко, - будешь жить с тетей и дядей, которые пообещали попытаться сделать из тебя настоящую леди. Стараясь не встретиться ни с кем глазами, чтобы не расплакаться, Уитни уселась за стол. - Надеюсь, ты сообщил тете и дяде, чем они рискуют? - едва выговорила она, собрав все силы, лишь бы не дать отцу увидеть, что он делает с ее сердцем, и холодно взглянула в виноватые, смущенные лица родных. - Отец, видимо, забыл объяснить, что, приняв меня в свой дом, вы рискуете навлечь на себя бесчестье. Кроме того, у меня ужасный характер, манеры уличной девчонки, и я совершенно не умею вести беседу за столом! Тетя наблюдала за ней с нескрываемой жалостью, но отец по-прежнему смотрел на нее с каменным безразличием. - О папа, - прошептала она прерывающимся голосом, окончательно потеряв самообладание, - неужели ты действительно настолько презираешь меня? Так ненавидишь, что решил отослать с глаз долой? - На глаза навернулись слезы, угрожая перелиться через край, и Уитни поспешно встала. - Прошу извинить меня... я сегодня не очень голодна. - Как вы могли! - вскричала Энн после ухода девочки, поднимаясь со стула и разъяренно глядя на Мартина. - Вы самый бессердечный, бесчувственный... С каким удовольствием я вырву ребенка из ваших лап! Не понимаю, как она сумела так долго терпеть весь этот ужас! Я бы никогда не смогла так! - Вы придаете слишком большое значение ее словам, мадам, - ледяным голосом отозвался Мартин. - Уверяю вас, она расстроилась так сильно вовсе не из-за предстоящей разлуки со мной. Я просто слишком рано положил конец ее планам! Хватит ей строить из себя дурочку из-за Пола Севарина! Вся округа потешается над ней! С меня довольно! Глава 2 Новость о том, что дочь Мартина Стоуна отправляют во Францию, причем со всей возможной поспешностью, молниеносно облетела округу. В сонной сельской местности, где мелкопоместное дворянство отличалось сдержанностью и замкнутостью, Уитни Стоун в который раз становилась источником восхитительно заманчивых сплетен. И поэтому женщины всех возрастов от мала до велика, бедные и зажиточные, собирались на мощеных улочках городка и в уютных кухоньках, чтобы еще раз насладиться последними слухами. И каждая с непередаваемым удовольствием и во всех деталях смаковала очередную скандальную выходку Уитни и перебирала каждое событие ее и без того уже обремененной приключениями жизни, начиная от случая с жабой, которую выпустила в церкви эта восьмилетняя негодяйка, и до истории падения с дерева, под которым в это время находился Пол Севарин с молодой леди. Подумать только, противная девчонка вздумала шпионить за таким приличным джентльменом! Только когда все похождения Уитни были еще раз подробно обсуждены, кумушки позволили себе сделать бесчисленные предположения и строить догадки относительно причин, побудивших Мартина Стоуна отослать дочь в чужую страну. Почти все сходились на том, что это невыносимое дитя скорее всего довело несчастного безутешного отца до такого решительного поступка. Подумать только! Появиться в мужских брюках! Но, с другой стороны, девчонка умудрилась столько всего наделать и обладала таким количеством недостатков, что сплетницы разошлись во мнениях относительно того, что именно побудило отца расстаться с дочерью. Однако каждая была уверена, что, каковы бы ни были мотивы Мартина, Пол Севарин облегченно вздохнет, избавившись от тяжкого бремени. В последующие три дня соседи толпами прибывали в дом Мартина Стоуна, будто бы для того, чтобы нанести визит леди Джилберт и попрощаться с Уитни. Вечером накануне отъезда во Францию Энн Джилберт сидела в гостиной, с привычным терпением вынося очередное нашествие визитеров - на этот раз трех дам и их дочерей. На лице стыла вежливая улыбка, однако она с плохо скрываемым раздражением продолжала слушать женщин, по их словам, преисполненных самых дружеских намерений, на деле же с огромным удовольствием перечислявших все грехи и ошибки Уитни. Каждая из них заверяла, что желает девушке лишь добра, однако при этом давала ясно понять, что Уитни непременно обесчестит и опозорит семью Джилбертов, сведет Энн с ума и, вполне вероятно, очень повредит дипломатической карьере Эдварда. Энн встала, когда посетительницы наконец собрались уходить, и, коротко попрощавшись, устало опустилась в кресло. Глаза сверкали яростной решимостью. Постоянно критикуя дочь перед посторонними, Мартин Стоун сделал ее мишенью насмешек и осуждения. Необходимо как можно скорее увезти Уитни подальше от этих узколобых, завистливых людей и позволить ей расцвести во французской столице, где атмосфера была не столь удушливой. Дворецкий, остановившийся в дверях, дипломатично кашлянул: - К вам мистер Севарин, миледи. - Просите, - кивнула Энн, тщательно скрывая радостное удивление. Неужели предмет детского обожания Уитни решился приехать и попрощаться? Радость, однако, быстро померкла, когда мистер Севарин вошел в гостиную вместе с ослепительно прекрасной миниатюрной блондинкой. Поскольку все на расстоянии пятнадцати миль знали об увлечении Уитни, у Энн не было ни малейшего сомнения в том, что и Полу это прекрасно известно, и леди Джилберт посчитала крайней жестокостью с его стороны привезти с собой девушку в дом боготворившей его Уитни. Леди Энн наблюдала, как он идет ей навстречу. Как ей хотелось отыскать в нем хотя бы один недостаток! Но Пол Севарин был высок и красив и к тому же обладал неотразимым обаянием хорошо воспитанного джентльмена. - Добрый вечер, мистер Севарин, - с холодной вежливостью приветствовала она. - Уитни в саду. Пол словно понял причины такой сдержанности, и его голубые глаза зажглись улыбкой. - Знаю, - кивнул он, - но я надеялся, что вы. сможете занять Элизабет, пока я попрощаюсь с Уитни. Энн почти против воли смягчилась. - Буду очень рада. Уитни, застыв, оцепенело уставилась на кусты роз в полном цвету. Тетя сейчас в гостиной наверняка выслушивает очередные истории из мрачного прошлого и зловещие предсказания относительно будущего племянницы. Эмили уехала в Лондон с родителями, а Пол... Пол даже не захотел попрощаться. Вероятнее всего, он сейчас с друзьями празднует ее отъезд. И словно повинуясь молчаливому призыву девушки, Пол возник из ниоткуда. За спиной раздался низкий мужской голос: - Здравствуйте, красавица. Уитни, не веря ушам, поспешно обернулась. Он стоял всего в нескольких дюймах, небрежно прислонясь плечом к дереву. Белоснежная сорочка и галстук блестели в лунном свете на фоне почти невидимого во тьме черного фрака. - Мне стало известно, что вы нас покидаете, - негромко сказал он. Уитни безмолвно кивнула, пытаясь запечатлеть в памяти точный оттенок белокурых волос и каждую черту красивого, залитого лунным сиянием лица. - Вы будете по мне скучать? - выпалила она. - Конечно, - хмыкнул Пол. - Без вас здесь будет совсем тоскливо, юная леди. - Представляю, - пробормотала Уитни, опуская глаза. - Кто еще будет падать с деревьев и портить ваш пикник, или сломает вам ногу, или... - Никто, - поспешно перебил Пол поток саморазоблачений. Уитни с неподдельным чистосердечием воззрилась на молодого человека: - Вы подождете меня? - Я буду здесь, когда вы вернетесь, если именно это вы хотите спросить, - уклончиво бросил Пол. - Вы прекрасно понимаете, что я не это имела в виду, - с отчаянием настаивала Уитни. - Я собиралась узнать, не женитесь ли вы на ком-то другом, пока я... Уитни смущенно осеклась. Ну почему, почему она вечно делает глупость за глупостью в его присутствии?! Почему не может быть равнодушно-кокетливой, как остальные девушки? - Уитни, - твердо сказал Пол, - вы уедете и забудете даже мое имя. Когда-нибудь вы вообще удивитесь, почему просили меня дождаться... - Я уже этому удивляюсь, - краснея, призналась она. Пол, сочувственно вздохнув, осторожно приподнял подбородок девушки, вынуждая ее взглянуть на него. - Я буду здесь, - пообещал он, нерешительно улыбаясь, - с нетерпением ожидать вашего возвращения, чтобы посмотреть, как вы выросли. Уитни, смотревшая словно зачарованная в беззаботно-красивое улыбающееся лицо, совершила последнюю, самую ужасную ошибку: порывисто приподнявшись на цыпочки, она обняла его и припала в страстном поцелуе к уголку его губ. Выругавшись себе под нос, молодой человек оторвал от себя руки девочки и с силой отстранил ее. Слезы отвращения к себе наполнили глаза Уитни. - Простите... Пол... Я... мне не следовало делать этого. - Не следовало, - согласился он и, опустив руку в карман, вытащил маленькую коробочку, которую бесцеремонно сунул в руки девочки. - Я привез вам прощальный подарок. Голова Уитни закружилась от счастья. - Правда?! Дрожащими пальцами она приоткрыла крышку и в безмолвном изумлении уставилась на маленький кулон - камею, свисавшую с тонкой золотой цепочки. - О, Пол, - шепнула она, сияя глазами, - это самый прекрасный, самый великолепный... я буду всегда хранить его. - Это сувенир на память, - осторожно пояснил Пол. - Ничего больше. Но Уитни, едва слыша его, с благоговением коснулась кулона. - Вы сами выбрали его для меня? Пол нерешительно нахмурился. Этим утром он отправился в городок, чтобы купить изящную дорогую безделушку для Элизабет. И пока он был в ювелирной лавке, владелец со смехом заметил, что теперь, с отъездом мисс Стоун во Францию, мистер Севарин, вероятно, отпразднует грядущую свободу. По правде говоря, Пол втайне был совершенно того же мнения и лишь поэтому попросил хозяина подыскать что-нибудь подходящее для пятнадцатилетней девочки. До того момента, как Уитни открыла коробочку, он не имел ни малейшего понятия о том, что лежит внутри. Но какой смысл говорить об этом Уитни? Если повезет, то дядя с теткой сумеют найти какого-нибудь простака-француза, который женится на Уитни, предпочтительно покорного, сговорчивого человека, который не будет жаловаться на сумасбродные выходки жены. Повинуясь какому-то странному порыву. Пол потянулся было к Уитни, желая убедить ее воспользоваться всеми возможностями, которые открывает перед ней столичная жизнь, но вместо этого сверхчеловеческим усилием воли сдержался. - Да, я выбрал это сам - подарок от друга, - пробормотал он наконец. - Но я не хочу быть всего лишь вашим другом, - выпалила Уитни, стараясь взять себя в руки. - Нет... вы правы... я рада быть другом... пока... - вздохнула она. - В таком случае, - лукаво усмехнулся он, - думаю, друзьям вполне позволено обменяться прощальным поцелуем. Уитни с ослепительной улыбкой радостного изумления зажмурилась и сжала губы, но его рот лишь слегка коснулся ее щеки. Когда она открыла глаза, Пол уже подходил к дому. - Пол Севарин, - прошептала она с мрачной решимостью, - вот увидишь, я совершенно изменюсь, а когда вернусь, ты обязательно женишься на мне. Пока почтовый пароход переваливался и подпрыгивал на бурных волнах Ла-Манша, Уитни стояла у поручня, устремив взгляд на удалявшиеся берега Англии. Ветер набросился на ее широкополую шляпу, пытаясь развязать ленты, разметать волосы по лицу. Она смотрела на родную землю, пытаясь представить, как все будет, когда она снова пересечет пролив на обратном пути. Конечно, известие о ее возвращении немедленно появится в газетах: Мисс Уитни Стоун, признанная красавица и королева Парижа, возвращается в родную Англию". Слабая улыбка тронула губы Уитни. Королева Парижа... Девушка откинула непокорные локоны со лба, заправила их под тулью детской шляпки и решительно повернулась спиной к Англии. Погода, казалось, сразу улучшилась, как только она подошла к противоположному борту, чтобы взглянуть в направлении Франции. Туда, где ее ждало неизвестное будущее. Глава 3 Франция, 1816 - 1820 годы Парижский дом лорда и леди Джилберт, возвышавшийся за витыми железными воротами, производил впечатление величественного, хотя и не слишком сурового здания. Огромные окна-эркеры пропускали много света и тепла

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Автор:Макнот Джудит. Книга :Уитни, любимая том 2
скачать эту книгу можно по ссылке

Добавить книгу на сайт
Друзья
Электронная библиотека
Архив книг
Обратная связь
admin[dog]allbooks.in.ua

Интернет реклама
Все материалы предоставлены исключительно для ознакомительных целей и защищены авторским правом